Мир как воля к власти
Страница 2

С природы полностью снимаются моральные предикаты, конституирующие ее образ посредством навязывания ей различных долженствования. Природа неморальна, бесчеловечна, акультурна, – природа – сама по себе.

Предикаты должного сбрасываются и с человека. Для Ницше человек, как он должен быть, – это звучит для нас столь же нелепо, как "дерево, как оно должно быть".nioxin 2 Ниоксин система 2 Однако, стоп! Говоря о человеке вообще, о его онтологическом статусе и месте в космологии можно, конечно, в качестве желаемого для него предписывать освобождение от императива "ты должен" и следование принципу "я хочу", но нельзя же не считаться с тем, что индивиды живут в обществе, – а этот факт накладывает существенный отпечаток на чистоту желаемого "я хочу". В идеале, можно, конечно, "вернуться" "к" естественному состоянию Гоббса, где война всех против всех не ограничена ничем. Однако для Ницше общественное бытие не поддается полному антикультурному преобразованию, мораль, понятая как условия существования общества вообще и отдельного индивида в обществе, не может быть снята и отброшена. Если так, то ее предстоит направить себе в услужение. Она объявляется волей к власти!

Как? Разве не было заявлено в начале о том, что воля к власти неморальна, что она свободна от гнета этических догм? Так и есть, только здесь именно мораль понимается как средство осуществления господства воли к власти. Мораль – способ, каким воля к власти действует в общественном организме. Если мораль отныне не играет роли "трансцендентального критерия", она должна стать зависящей от требований жизни, которая сама есть не что иное, как воля к власти. Ницше говорит о "моралистическом натурализме", сущностью которого должно стать видение морали как "естественной полезности". Нужно сказать, что здесь, разумеется, не удастся полностью избавиться от долженствования по адресу индивидов, но отныне оно рассматривается как перспективно выгодное в динамическом процессе взаимоповедения.

Но это для Ницше, если можно так сказать, желательная модель: в действительном же обществе он усматривает совершенно иную картину. Тем более, когда речь заходит, – а она заходит преимущественно о нем, – о современном западноевропейском обществе, где мораль господствует, а не служит, где преобладает болезнь, а не здоровье, где царит упадок, а не возрастание чувства силы, красоты и мощи жизненных стремлений. "Дело вообще обстоит скверно. Гибель является всеобщей", – заявляет автор. И, говоря о действительном изменении общества, наблюдаемом в историческом процессе, Ницше выдвигает концепцию "вечного возвращения". Здесь мы попытаемся организовать ее рассмотрение именно через призму перемены качества морального чувства, – а с ним и качества жизни, – в обществе, но как знать, может быть в ином контексте и при "другом освещении" эта тема проявится ярче. Для Ницше, общество, исповедующее определенные культурные заповеди, тот или иной народ, – это один из наиболее часто встречающихся образов или понятий, когда речь идет об общественных, социальных, политических, историко-культурных сторонах бытия человечества. Первоначальным априорным качеством, этому обществу присущим, является становление. Важно, что не идет речь о становлении в смысле изменения в "лучшую" сторону, в смысле прогрессистского идеала. Хотя основное жизненное стремление воли к власти является важнейшим принципом любого устойчивого образования, будь то отдельный человек, или целый народ, нация, необходимо заметить, что степень его руководства в тот или иной период времени применительно к определенному культурному слою является критерием изменения качества и направленности исторического движения этого слоя. Что имеется в виду? Ницше считает, что в различные периоды времени один и тот же народ, или некоторая общая этническая группа, может по-разному устанавливать, – непосредственно, конечно, а не сознательно, – взаимозависимость морали с одной стороны, и воли к власти – с другой. Период, когда воля к власти осуществляет свое господство посредством морали и тем самым утверждает веру каждого человека, как и общества в целом, в себя, когда свой собственный жизненный интерес ставится во главу угла внутри – и межкультурного взаимодействия, – такой период характеризуется как возрастание мощи, накопление силы жизни того или иного народа: тем самым его движение в исторических границах приобретает положительную интенцию. Тот же отрезок времени, когда царствуют идеалы сродни христианским, когда свой собственный интерес стремится "свернуться" как можно сильнее, ослабеть в пользу интереса другого, когда покой, инерция, немощность считаются благами, предписывающимися в качестве таковых господствующей моралью, – все это свидетельствует о деградации, упадочности, воле к гибели. Концепция же "вечного возвращения" Ницше предполагает непрекращающуюся смену интенций с положительной на отрицательную и наоборот, что, собственно, и составляет координату общественно-исторического свершения. Тем самым история лишается какой-либо цели, предначертанной волей и разумом человека: "Продумаем эту мысль в самой страшной ее форме: жизнь, как она есть, – без смысла, без цели, но возвращающаяся неизбежно, без заключительного "ничто": "вечный возврат"".

Страницы: 1 2 3 4

    Смотрите также

    Русская философия первой половины XX столетия
    Богдан Александрович Кистяковский (1868-1920) родился в семье профессора уголовного права Киевского университета. Получил юридическое образование в Германии. Преподавал в Московском и Киевском универ ...